Судья Шукшина Л.А. Дело № 33-1999/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 13 июля 2021 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Руди О.В.,

судей Мурованной М.В., Черных О.Г.

при секретаре Маслюковой М.Н.,

помощнике судьи А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске апелляционную жалобу истца Молодцова Михаила Юрьевича на решение Советского районного суда г. Томска от 05 февраля 2021 года

по гражданскому делу № 2-7/2021 (УИД 70RS0004-01-2019-004769-77) по иску Молодцова Михаила Юрьевича к акционерному обществу «Транснефть- Западная Сибирь» о признании дисциплинарных взысканий незаконными, взысканию компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Черных О.Г., объяснения представителя ответчика Коркиной О.В., считавшей решение законным и обоснованным, а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению,

установила:

Молодцов М.Ю. обратился в суд с иском к акционерному обществу «Транснефть-Центральная Сибирь» (далее – АО «Транснефть-Центральная Сибирь»), в котором с учетом неоднократного изменения исковых требований, отказа от части требований, просил признать незаконными и отменить: дисциплинарное взыскание в виде замечания, наложенное приказом № 282-к/к от 23.08.2019; дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенного приказом №27-к от 04.03.2020; взыскать компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей (т. 1 л.д. 1-3, т. 2 л.д. 135-139, 189-193, т. 3 л.д. 208-210).

В обоснование исковых требований указано, что он с 19.01.2016 занимает должность ведущего специалиста отдела инженерно-технических средств охраны управления безопасности АО «Транснефть-Центральная Сибирь». Оспариваемым приказом № 282-к/к от 23.08.2019 привлечен к дисциплинарному взысканию за рассылку сообщений в СЭД и корпоративной почтовой системе, которые содержали обращение к адресатам по поводу отказа Молодцову М.Ю. судом в удовлетворении исковых требований, а так же документов, содержащих его речи в прениях сторон в судебном заседании. Такая форма обращения (массовая рассылка) была выбрана им с целью обращения внимания на необъективность служебных расследований, предвзятого к нему отношению заместителя генерального директора А. Считает, что дисциплинарное взыскание от 23.08.2018 применено к нему за пределами срока, установленного ст. 193 ТК РФ, а именно, позже 1 месяца со дня обнаружения проступка (13.06.2019). Кроме того, работодатель не поставил истца в известность о проводимом служебном расследовании, фактически проводил его тайно, не запросил у него объяснения, подошел к этому формально, не ознакомив его с локальными актами. С результатами лингвистической экспертизы, проведение которой считает нецелесообразным, его не ознакомили.

Приказ № 27 - к от 04.03.2020, которым он привлечен к дисциплинарной ответственности за неучастие в выполнении работ по техническому обслуживанию, подписанию недостоверных актов выполненных работ, внесению сведений в журнал учета ТО на АЗС (ул. Набережная реки Ушайки, 24), считает также незаконным в силу пропуска срока привлечения к дисциплинарной ответственности. Указывает на проведение служебного расследования заинтересованным лицом А. С декабря 2018 года истец находится в постоянном стрессе в связи с конфликтной ситуацией на работе, в связи с чем у него обострилось хроническое заболевание, он прооперирован, после чего находился на больничном, в связи с чем просит взыскать компенсацию морального вреда.

Определением Советского районного суда г. Томска (протокол судебного заседания от 07.08.2020) произведена замена ответчика с АО«Транснефть-Центральная Сибирь» на АО «Транснефть-Западная Сибирь» (т.4л.д. 2).

В судебном заседании Молодцов М.Ю., его представитель Молодцова Н.С. исковые требования поддержали.

Представители ответчика АО «Транснефть-Западная Сибирь» Ягунов А.А., Коркина О.В. исковые требования не признали.

Обжалуемым решением на основании ч. 2 ст. 7, ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 1, 21, 91, 192, 193 Трудового Кодекса Российской Федерации, п. 35, 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в удовлетворении требований Молодцова Михаила Юрьевича к акционерному обществу «Транснефть-Западная Сибирь» отказано (т. 5 л.д. 72-76).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней истец Молодцов М.Ю. просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов жалобы указывает, что в нарушение п. 4 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 09.12.2020, ответчиком были нарушены требования п.6.7, 6.8 Положения о порядке проведения служебного расследования в АО «Транснефть - Центральная Сибирь» (далее – Положения), выразившиеся в том, что в комиссию по служебному расследованию были включены заинтересованные лица, а именно Р., которого Молодцов М.Ю. обвинил в лжепояснениях, а также его непосредственные руководители А. (заместитель генерального директора – начальник управления безопасности) и Б. (начальник отдела ИТСО).

Полагает, что работодатель является наиболее сильной стороной в трудовых правоотношениях, в связи с чем он обязан соблюдать свои локальные акты и требования трудового законодательства и не может их нарушать и одновременно требовать их исполнения от работника, поскольку указанное обстоятельство нарушает базовые принципы трудовых отношений.

Утверждает, что в нарушение требований ч. 1 ст. 193, ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель 19.08.2019 запросил с него объяснения по обстоятельствам совершенного дисциплинарного проступка, не указав при этом, когда, где и при каких обстоятельствах он был совершен и потребовал предоставить указанное объяснение до 15 часов 00 минут 21.08.2019, то есть менее чем 2 рабочих дня, установленных законом. Нарушен срок привлечения к ответственности.

Ссылается на то, что в нарушение пп. «б» п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2, п. 8 Обзора дата обнаружения дисциплинарного проступка определена судом неверно, поскольку в качестве нее определена дата утверждения акта служебного расследования, что является недопустимым.

Полагает, что при проведении служебного расследования по факту массовой рассылки им личных документов, содержащих негативные суждения о наличии конфликтной ситуации между ним и А., отсутствовали основания для проведения лингвистической экспертизы, поскольку из содержания отправленных писем объективно следовало, что они несут негативный характер.

Указывает, что при рассмотрении требования истца о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде выговора, наложенного приказом № 27-к от 04.03.2020, суд не установил различия между актами выполненных работ и общим актом об оказании услуг № 1, который был подписан руководителем АО «Транснефть – Западная Сибирь», а также не принял во внимание утверждение истца о том, что все работы неоднократно принимались руководством и без составления указанных актов. Считает, что при проведении служебной проверки в нарушение п. 7.2.3, п. 8.3.2, п. 8.3.5, п. 8.3.6, п. 8.4.5 Положения не были отобраны письменные объяснения у С., который исполнял обязанности начальника отдела ИТСО УБ Б. в январе 2020 года и мог подтвердить, чем истец занимался в период с 08.01.2020 по 29.01.2020.

Пояснил, что Б. было достоверно известно о том, что работы на объектах Набережная р. Ушайки, 24; пер. Пионерскому, 14 в г. Томске были не выполнены, однако данное обстоятельство не повлияло на общий акт, поскольку он был подписан раньше, чем ему были предоставлены акты выполненных работ на подпись, что в полной мере подтверждено сведениями, изложенными в письменном объяснении Б. от 12.02.2020. Утверждает, что в журнале учета выполнения технического обслуживания и контроля технического состояния ИТСО объекта, расположенного по адресу: г. Томск, Пионерский, 14, не расписывался, а в журнале на объект, расположенный по адресу: г. Томск, Набережная р. Ушайки, 24, поставил подпись лишь 03.02.2020, что соответствует датам, проставленных в актах выполненных работ, предоставленных Б., акт об оказании услуг № 1, который был подписан руководством еще до 31.01.2020, что подтверждается скриншотами, имеющимися в материалах дела. Обращает внимание, что А. акты выполненных работ понадобились лишь 05.02.2020, то есть после подписания им акта об оказании услуг № 1. Ссылается на то, что нарушения были выявлены на всех объектах АО ««Транснефть – Западная Сибирь», однако к дисциплинарной ответственности был привлечен только он, что, по мнению апеллянта, подтверждает факт негативного отношения к нему со стороны руководства.

Обращает внимание, что в нарушение п. 8.4.1 Положения Молодцов М.Ю. не был ознакомлен с приказами о начале проведения и продлении служебного расследования, чем были нарушены его права, в том числе, право на отвод членов комиссии по служебному расследованию.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика АО «Транснефть-Западная Сибирь» Ягунов А.А. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения (т. 5 л.д. 98-99).

Руководствуясь статьями 327 и 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие истца Молодцова М.Ю., извещенного о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения по правилам абзаца первого части 1 и абзаца первого части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия пришла к следующему.

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка (абзацы второй и третий части 2 названной статьи).

Работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы пятый и шестой части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из дела, между акционерным обществом «Транснефть-Центральная Сибирь» (далее – Общество) и Молодцовым Михаилом Юрьевичем заключен трудовой договор №616 от 08.07.2016, в соответствии с которым работник принимается на работу в отдел инженерно-технических средств охраны управления безопасности на должность специалиста 1 категории (п.1.1 трудового договора) (т. 1 л.д. 14-18).

19.01.2017 Молодцов М.Ю. переведен на должность ведущего специалиста отдела инженерно-технических средств охраны Управления безопасности (дата начала работы в должности – 23.01.2017), что подтверждается дополнительным соглашением №26 от 19.01.2017, приказом о переводе работника на другую должность № 40-к от 19.01.2017.

13.06.2019 Молодцов М.Ю., находясь на рабочем месте, произвел вход в корпоративную электронную сеть Общества с использованием своей учетной записи. Позднее, в 11:10:50 пользователь Системы электронного документооборота (далее - СЗД) Молодцов М.Ю. подписал и отправил документ, оформленный как «Протокол», 67 сотрудникам АО «Транснефть - Центральная Сибирь», согласно данным журнала аудита действий пользователей СЗД и журнала истории. В 11:48:32 с адреса электронной почты Молодцова М.Ю. с использованием корпоративной почтовой системы (КПС) была произведена массовая рассылка почтовых сообщений на адреса 338 пользователей аппарата управления АО «Транснефть - Центральная Сибирь» и 20 адресов руководителей департаментов ПАО «Транснефть», согласно системе предотвращения утечки конфиденциальной информации Devicelock 8, установленной на ДРМ WCS01-BPTO-О9.

Сообщения, направленные Молодцовым М.Ю. по корпоративным информационным системам, содержали обращение к адресатам по поводу отказа Томского областного суда в удовлетворении его исковых требований к Обществу, докладную записку начальника управления безопасности Общества от 05.12.2018 «О нарушениях в отношении лота N 163-2018» А., а также письменные речи Молодцова М.Ю. в прениях сторон в судебных заседаниях.

18.06.2019 и.о заместителя начальника генерального директора А. подана докладная записка на имя генерального директора по факту фиксации в системе электронного документооборота и корпоративной почтовой системе массовой рассылки сообщений, не связанных с производственной деятельностью, от имени Молодцова М.Ю. С целью установления всех обстоятельств просил назначить служебное расследование.

На основании докладной записки генеральным директором 21.06.2019 (с изменениями от 05.07.2019) издан приказ о проведении служебного расследования и создании соответствующей комиссии.

Комиссией по служебному расследованию, было принято решение о проведении лингвистической экспертизы высказываний Молодцова М.Ю.

По итогам служебного расследования оформлен соответствующий акт, утвержденный 15.08.2019.

Комиссией сделан вывод, что Молодцов М.Ю., совершив массовую рассылку личных документов, содержащих не соответствующие действительности негативные суждения в отношении своего вышестоящего руководителя, свидетельствующие о наличии конфликтной ситуации между ним и А., умышленно нарушил требования п.4.1.2., 4.1.5., 4.1.6. отраслевого регламента ор-­03.100.30-КТН-036-18 «Магистральный трубопроводный транспорт нефти и нефтепродуктов. Кодекс этики и служебного поведения работников ПАО «Транснефть» и организаций системы «Транснефть»», что привело к возникновению необоснованных сомнений в правильности действий руководителя Управления безопасности Общества и ухудшению морально-психологической атмосферы в трудовом коллективе Службы безопасности.

Оспариваемым приказом № 282-к/к от 23.08.2019 Молодцов М.Ю. привлечен к дисциплинарному взысканию за рассылку сообщений в СЭД и корпоративной почтовой системе в виде замечания.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований Молодцова М.Ю. о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что работник недолжным образом исполнил должностные обязанности, работодателем соблюдена процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности, взыскание в виде замечания соответствует тяжести совершенного проступка, а также предшествующему поведению работника и его отношению к труду.

Судебная коллегия признала выводы суда первой инстанции о соблюдении работодателем месячного срока для привлечения Молодцова М.Ю. к дисциплинарной ответственности и о порядке исчисления этого срока основанными на неправильном толковании и применении норм материального права.

Частью третьей статьи 193 ТК РФ предусмотрено, что дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Согласно части четвертой статьи 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка.

В подпункте "б" пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Судебная коллегия сочла противоречащим приведенному разъяснению постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации утверждение суда о том, что факт совершения проступка стал известен работодателю 15.08.2019 (день окончания служебного расследования).

Проступок, за который Молодцов М.Ю. был привлечен к дисциплинарной ответственности приказом № 282-к/к от 23.08.2019, был совершен им 13.06.2019.

Лицом, которому по работе подчинен ведущий специалист ОИТСО УБ Молодцов М.Ю., является начальник ОИТСО УБ Б., который узнал о совершении его подчиненным дисциплинарного проступка 13.06.2019 года – в день его совершения. Как следует из дела, А. сообщил, что 13.06.2019 Молодцов М.Ю. прибыл в его кабинет и в присутствии начальника ОИТСО УБ Б. подтвердил, что осуществил массовую рассылку сообщений по СЗД и по корпоративной почте.

Между тем к дисциплинарной ответственности Молодцов М.Ю. был привлечен работодателем 23.08.2019, когда прошло более месяца со дня обнаружения проступка.

Как следует из п. 6.1 Положения о порядке проведения служебного расследования в АО «Транснефть-Центральная Сибирь» (далее – Положение), поводом для проведения служебного расследования является непосредственное обнаружение признаков правонарушения либо сообщение о нарушении трудовой дисциплины, причинении ущерба обществу, совершения иного правонарушения, посягающего на законные права, интересы и деловую репутацию общества, либо наличие достаточных данных, указывающих на нарушение закона, локальных нормативных актов общества и АО «Транснефть», а также в случаях, предусмотренных коллективным договором общества.

Таким образом, издание приказа о проведении служебного расследования и создании соответствующей комиссии от 21.06.2019 означало, что обнаружено правонарушение.

То обстоятельство, что работодатель проводил дисциплинарное расследование и в его рамках назначал лингвистическую экспертизу, которая была готова 12.07.2019, не влияет на исчисление указанных сроков.

Нахождение истца в период с 16.07.2019 по 12.08.2019 на больничном правового значения для исчисления сроков не имеет, поскольку листок нетрудоспособности был оформлен после истечения сроков привлечения к ответственности.

Следовательно, порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности ответчиком соблюден не был.

При нарушении процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности не имеет правового значения факт наличия или отсутствия нарушения работником трудовой дисциплины, поэтому судебная коллегия не оценивает указанные обстоятельства.

В то же время судебная коллегия не соглашается с доводом истца о том, что у него не затребованы объяснения, поскольку это противоречит имеющимся в деле письменным доказательствам – уведомлению о предоставлении письменного объяснения от 25.06.2019 (т. 1 л.д. 23-25) и объяснительной запиской Молодцова М.Ю. от 27.06.2019 (т. 1 л.д. 26-30). 19.08.2019 работодатель повторно запросил с него объяснения по обстоятельствам совершенного дисциплинарного проступка.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о неизвещении истца о проведении служебного расследования, из содержания уведомления о предоставлении письменного объяснения от 25.06.2019 следует, что Молодцова М.Ю., в том числе, извещают об издании приказа №1144 от 21.06.2019 о проведении служебного расследования по факту массовой рассылки сообщений в СЭД и корпоративной почтовой системе.

Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения требований истца об отмене приказа № 282-к/к от 23.08.2019, т.к. этот вопрос не входит в компетенцию суда в силу ч. 7 ст. 193 Трудового кодекса РФ.

Признание незаконным указанного приказа влечет за собой восстановление прав истца.

Учитывая изложенное, решение суда в части отказа в удовлетворении требований Молодцова Михаила Юрьевича к акционерному обществу «Транснефть- Западная Сибирь» о признании незаконным приказа № 282-к/к от 23.08.2019 о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении данного требования.

Рассматривая доводы апелляционной жалобы о незаконности приказа № 27-к от 04.03.2020 о привлечении Молодцова М.Ю. к дисциплинарной ответственности в виде выговора, судебная коллегия приходит к следующему.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований Молодцова М.Ю. о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде выговора, суд первой инстанции исходил из того, что работник недолжным образом исполнил должностные обязанности, работодателем соблюдена процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности, взыскание в виде выговора соответствует тяжести совершенного проступка, а также предшествующему поведению работника и его отношению к труду.

Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

В силу ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде: замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Из анализа указанных правовых норм следует, что дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

При этом обязанность доказывания совершения работником дисциплинарного проступка, правомерности и соблюдения порядка применения к нему дисциплинарного взыскания за совершение проступка лежит на работодателе.

В силу п. 53 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Из изложенного следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, является факт совершения работником дисциплинарного проступка, а также соблюдение порядка привлечения к ответственности.

Как следует из дела, в соответствии с требованиями отраслевого регламента ОР – 13.310.00-КТН-178-17 «Магистральный трубопроводный транспорт нефти и нефтепродуктов. Комплексы инженерно – технических средств охраны объектов. Требования к оборудованию и организации эксплуатации», на объектах Общества с периодичностью 1 раз в месяц должны проводиться работы в объеме технического обслуживания (ТО). В соответствии с требованиями п. 13.2.7 данного регламента, объем и последовательность работ по ТО должны соответствовать технологическим картам (ТК) в соответствии с приложением. По окончанию ТО непосредственные исполнители работ составляют и производят записи в журнале учета выполнения технического обслуживания и контроля технического состояния.

С данным регламентов Молодцов М.Ю. ознакомлен 27.11.2017.

В соответствии с требованиями п. 5.1.35 отраслевого регламента ОР – 13.310.00-КТН-127-17 «Магистральный трубопроводный транспорт нефти и нефтепродуктов. Техническое обслуживание и ремонт комплексных систем безопасности. Порядок организации и выполнения работ», контроль над полнотой и качеством проведения работ по ТО, ведением служебной документации возлагается на руководителя ОСТ.

Приказом генерального директора Общества от 25.07.2019 за специалистами отдела ИТСО закреплены объекты АО «Транснефть – Центральная Сибирь». Согласно приложению № 3 к нему контроль эксплуатации КСБ и выполнения договоров по объектам АЗ АО «Транснефть – Центральная Сибирь» (Наб. р. Ушайки, 24) и АПЗ АО АО «Транснефть – Центральная Сибирь» (пер. Пионерский, 24) закреплен за ведущим специалистом Молодцовым М.Ю.

Согласно пп. 2.1.4, 2.1.14, 2.17 должностной инструкции ведущего специалиста Отдела инженерно-технических средств охраны Управления безопасности АО «Транснефть – Центральная Сибирь» от 04.04.2018 №277 ведущий специалист ОИТСО УБ должен отвечать за техническое состояние, правильную эксплуатацию, обслуживание и ремонт инженерно – технических средств охраны (ИТСО) на охраняемых объектах Общества; в соответствии с планом – графиком проведения регламентных работ по обслуживанию ИТСО участвовать в проведении регламентных работ, контролировать их своевременность, полноту и качество; обеспечивать своевременное получение от подрядных организаций подписание у руководства Общества первичных документов по договорам.

Как следует из материалов служебной проверки, 27.12.2019 между АО «Транснефть – Центральная Сибирь» и ООО «МСБ» заключен договор на предоставление услуг по техническому обслуживанию комплексов инженерно – технических средств антитеррористической защиты на объектах. Согласно приложению № 4, графику проведения технического обслуживания с 01.01. по 31.01 2020 ООО «МСБ» должно было провести ТО на объектах общества.

06.02.2020 А. в адрес генерального директора направлена докладная записка по факты выявления не проведения ООО «МСБ» фактической проверки работоспособности оборудования комплекса ИТСО в объеме ТО – 2 согласно условиям заключенного договора.

07.02.2020 генеральным директором общества издан приказ № 154 о проведении служебного расследования, в рамках которого установлено, что ведущий специалист Молодцов М.Ю. ненадлежащим образом исполнил свои обязанности, не участвовал в проведении регламентных работ, не контролировал их своевременность, полноту и качество, не обеспечил своевременное подписание первичных документов, что создало риски и угрозу нормативному состоянию и работоспособности систем защиты объектов, могло привести к неправомерному уменьшению налогооблагаемой базы и привлечению денежных средств Общества.

В частности установлено, что в январе 2020 года ООО «МСБ» работы на объектах Набережная р. Ушайке, 24, пер. Пионерский, 14 не выполнялись, тогда как акты о выполнении составлены и подписаны 29 и 31.01.2020, после чего 03.02.2020 переданы Молодцову М.Ю.

Установлено, что 29.01.2020 Молодцов М.Ю. прибыл на объект по пер. Пионерскому, 14, сделал запись в журнале учета выполнения технического обслуживания, не выполняя работы согласно техническим картам, после чего убыл с объекта. Актами от 29 и 31.01. 2020 Молодцов М.Ю. подтвердил выполнение подрядной организацией работ в январе 2020 в полном объеме, в то время как они фактически не выполнялись.

В ходе служебного расследования у Молодцова 12.02.2020 затребованы объяснения, которые учтены работодателем при вынесении оспариваемого приказа о привлечении истца к дисциплинарной ответственности.

По результатам служебного расследования 19.02.2020 составлен акт, утвержденный генеральным директором, после чего 04.03.2020 Молодцов М.Ю. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Срок и порядок привлечения к ответственности работодателем соблюдены.

Судебная коллегия считает необоснованной позицию апеллянта о том, что при проведении служебного расследования работодателем нарушены п. 7.2.3, п. 8.3.2, п. 8.3.5, п. 8.3.6, п. 8.4.5, п 8.4.1 Положения.

Ссылка апеллянта на нарушение порядка проведения служебного расследования не обоснована (комиссия обязана: установить круг лиц, присутствовавших, обладающих сведениями, либо имеющих иное отношение к совершению нарушения – п. 8.3.2; как квалифицируется нарушение, какие нормативные акты нарушены -п. 8.3.5; причины и условия, способствующие совершению нарушения - п. 8.3.6; опросить очевидцев произошедшего, если они имелись - п. 8.4.5), поскольку служебное расследование проведено в соответствие с локальными актами организации (глава 8 Положения).

Пункт 8.4.1 Положения не содержит конкретное указание на форму уведомления работника о проведении служебного расследования. Обязанности ознакомить истца именно с приказами о начале проведения и продлении служебного расследования Положение не содержит. Истец был проинформирован о проведении служебного расследования, что следует из полученного им уведомления о предоставлении письменного объяснения от 12.02.2020 (т. 4 л.д. 132) и его объяснительной записки от 14.02.2020 (т. 4 л.д. 135-146).

Работник вправе согласно п. 8.8. Положения подать заявление об отводе членам комиссии, чего истцом сделано не было. Как следует из его объяснительной записки от 14.02.2020, состав комиссии был истцу известен. Истец был вправе ознакомиться с материалами служебного расследования и актом (п. 8.8. Положения), доказательств наличия препятствий для ознакомления суду не представлено.

Нарушений п. 7.2.3, согласно которому члены комиссии, проводящие служебное расследование, обязаны обеспечивать полноту и объективность расследования и выводов служебного расследования, также не усматривается.

Ссылка истца на незаконное включение в состав комиссии для проведения расследования его непосредственного руководителя А., не принимается судебной коллегией, поскольку истец непосредственно подчиняется начальнику отдела ИТСО УБ Б., который в состав комиссии не входил.

Доводы апелляционной жалобы истца об отсутствии его вины в совершении дисциплинарного проступка, исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств, несостоятельны.

С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что работодателем доказано ненадлежащее исполнение Молодцовым М.Ю. должностных обязанностей.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении иными работниками организации норм трудового законодательства и локальных нормативных актов судебной коллегией не принимаются, поскольку к предмету иска отношения не имеют.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о соразмерности взыскания в виде выговора за допущенный проступок с учетом его тяжести, обстоятельств, при которых он был совершен, предшествующего поведения работника и его отношения к труду.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы факт ненадлежащего исполнения истцом возложенных на него должностных обязанностей, послужившим основанием для применения дисциплинарного взыскания в виде выговора, подтвержден собранными по делу доказательствами, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку.

Апелляционная жалоба не содержит ссылок на обстоятельства, ставящие под сомнение выводы суда, свидетельствующие о незаконности обжалуемого решения суда в указанной части, доводы заявителя сводятся к несогласию с произведенной оценкой суда доказательств по делу. Между тем, в соответствии с правилами ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд установил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал правовую оценку доказательствам по делу с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности.

При таких обстоятельствах решение суда в данной части является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам жалобы нет.

Истец просит компенсировать причиненный ему моральный вред в размере 150000 рублей, ссылаясь на незаконное привлечение к дисциплинарной ответственности.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 2 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу ст. ст. 21, 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Согласно п.8 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 10 от 20.12.1994. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Факт нарушения работодателем прав истца, связанный с изданием незаконного приказа № 282-к/к от 23.08.2019 о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания на Молодцова М.Ю., установлен судебной коллегией.

Размер компенсации в размере 150000 рублей, заявленный истцом, судебная коллегия считает необоснованно завышенным, т.к. доказательств, подтверждающих причинение вреда в указанном объеме, суду не представлено. Из представленной медицинской документации не усматривается причинно-следственная связь между заболеваниями Молодцова М.Ю. и привлечением его к дисциплинарной ответственности.

Учитывая индивидуальные особенности истца, характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика в нарушении прав истца, судебная коллегия полагает, что разумной и справедливой является компенсация морального вреда истцу в размере 5000 рублей.

Таким образом, решение суда в части отказа во взыскании компенсации морального вреда подлежит отмене с принятием нового решения о взыскании с акционерного общества «Транснефть- Западная Сибирь» в пользу Молодцова Михаила Юрьевича компенсации морального вреда в размере 5000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Так в силу положений пункта 1 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений

При этом налоговое законодательство признает плательщиком государственной пошлины ответчика, выступающего в судах общей юрисдикции, если при этом решение принято не в его пользу, а истец освобожден от уплаты государственной пошлины (пункт 2 части 2 статьи 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ при подаче исковых заявлений, содержащих требования неимущественного характера, государственная пошлина уплачивается в размере 300 рублей.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет муниципального образования «Город Томск» в размере 300 рублей.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Томска от 05 февраля 2021 года в части отказа в удовлетворении требований Молодцова Михаила Юрьевича к акционерному обществу «Транснефть- Западная Сибирь» о признании незаконным приказа № 282-к/к от 23.08.2019 о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания, взыскании компенсации морального вреда отменить, принять в этой части новое решение.

Признать незаконным приказ № 282-к/к от 23.08.2019 о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания на Молодцова М.Ю.

Взыскать с акционерного общества «Транснефть- Западная Сибирь» в пользу Молодцова Михаила Юрьевича компенсацию морального вреда в размер 5000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Транснефть- Западная Сибирь» государственную пошлину в бюджет муниципального образования «Город Томск» в размере 300 рублей.

В остальной части решение Советского районного суда г. Томска от 05 февраля 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Молодцова Михаила Юрьевича – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи: